Замороженный расчётный счёт — снова активен через 19 дней

В досье никогда не было аналитики на уровне кошельков или задокументированного процесса travel rule, поэтому каждый институт, который его смотрел, видел неопределённый крипто-риск, а не конкретный, отслеживаемый поток. Пять отказов приучили оператора начинать разговор с заморозки, что андеррайтеры читали как текущую проблему, а не решённую.

Реальный пробел был структурным: ни один из рассматриваемых институтов не заявлял риск-аппетит на биржевой поток в этом диапазоне объёмов, поэтому заявки уходили в банки, чья политика изначально не подходила, а не в шорт-лист институтов, которые хоть раз говорили «да» такому профилю.

Только тип юрисдикции и структуры. Мы никогда не называем задействованные институты.

• 1

  Мы подобрали для биржи регулируемый в ЕС EMI, чей заявленный риск-аппетит прямо покрывает поток от бирж, зарегистрированных как VASP, — вместо того чтобы просить банк широкого профиля сделать исключение.

• 2

  Мы пересобрали комплаенс-пакет вокруг замороженного счёта: аналитика кошельков, задокументированный процесс travel rule и понятное описание источника средств для отмеченной входящей транзакции — поданное как уже решённый вопрос, а не как открытая проблема.

• 3

  Мы выстроили последовательность так, чтобы новый счёт в EMI открылся параллельно, прежде чем давить на изначальный институт о разморозке баланса, — чтобы у бизнеса снова было движение оборотного капитала независимо от исхода того спора.

От первого звонка до активного счёта, снова проводящего средства клиентов.